— И это, несомненно, помогает в раннем обнаружении универсалов, — ядовито закончила я за Дольшера. — Обнаружении и уничтожении, вестимо. Замечательная идея! Младенец, каким бы сильным он ни был, вряд ли сумеет дать отпор взрослому магу высшего уровня подчинения. А то и не одному. Так? Что может быть проще — уничтожить возможную проблему уже в колыбели?

— Я подписал этот приказ после того, как один такой невинный ребенок смел с лица земли половину Хайтеса

— Но я не могу быть универсалом! — Я сжала кулаки, боясь, что опять что-нибудь разрушу неловким порывистым движением. — Ты сам сказал, что этот дар проявляется в самом начале жизни и обязательно передается по наследству. У нас в семье наверняка скрыто много скелетов в шкафу, но не настолько громадные. Вот оборотень — да, он есть. Байстрючка в моем лице есть. А универсалов нет. Да и потом, почему дар проявился именно сейчас, после активации амулета? Говорю же, это его действие! День-другой — и все придет в норму.

— Не думаю, — обронил Дольшер. — Я склонен подозревать, что с самого рождения на тебя был установлен мощнейший защитный кокон, призванный скрыть твою истинную силу. Именно поэтому тебе так хорошо всегда удавались щиты. Ты с легкостью отражала любое нападение, поскольку уже была под охраной чар. Когда в хранилище сдетонировала ловушка и одновременно сработал амулет, произошло непредвиденное. Два разнонаправленных заклинания просто стерли эту оболочку в пыль, уничтожили ее. И в итоге твой дар проявился во всей красе.

— Но откуда у меня взялись эти способности?! — взвизгнула я, окончательно потеряв остатки рассудительности и спокойствия. — Ты же прочитал, что в моей семье…

— Здесь данные только о родственниках по материнской линии, — оборвал меня начальник департамента. — Об отце ничего не известно. Кроме того, что он, возможно, был с Варрия. Хм… Ничего не кажется странным?