- Тут ничего не поделаешь, - терпеливо повторил адвокат. - Это их игра.

- Идея-то моя, мое изобретение!

Адвокат пожал плечами.

- Знаете, что я думаю? - прорычал Марк, подскочив к экрану. - У меня сложилось впечатление, что в "Хубрис-Букс" вовсе не желают успеха проекту. Они тянут специально, желая ославить идею и добиться того, чтобы ею никто больше не заинтересовался!

- Глупо, - возразил адвокат. - Зачем...

- Глупо? - взревел Марк. - А в прошлом году, когда они стремились, чтобы экран на ощупь напоминал бумагу? А та бредовая затея с сотней экранчиков, которые можно переворачивать, как страницы? Глупо?! Это заговор!

После часа безрезультатного спора Марк в ярости и отчаянии отключил телефон. Он сидел, снедаемый желчной злобой, в своей однокомнатной квартирке, пока полуденное солнце не скатилось к горизонту.

Только тогда он вспомнил, что толкнуло его позвонить адвокату - посылка из Токио, от Мицуи. Когда ее принесли, Марк направился к телефону выяснить, как продвигается его дело против "Хубрис-Букс". Ответ, разумеется, был "никак".

С обреченным видом Марк вскрыл пакет - так осторожно, будто ожидал увидеть новорожденного котенка.

Новорожденный там был. Маленький электронный прибор, как и боялся Марк. Ни записки, ни карточки - ничего, кроме самой электронной книги.

Марк взвесил ее на ладони левой руки - чуть больше фунта, прикинул он. Под экраном располагались три кнопки, помеченные арабскими цифрами и японскими иероглифами. Он прикоснулся к зеленой, с цифрой 1.

На экране появилось улыбающееся - нет, сияющее! - лицо Мицуи. Замигала оранжевая кнопка с цифрой 2. Марк коснулся ее.

На экране появилось аккуратно отпечатанное письмо.

"Дорогой Марк!

Прими, пожалуйста, скромный подарок в знак моего глубокого дружеского расположения. Через несколько дней в ваших средствах массовой информации появятся сообщения о революционно новом продукте "Канагавы" - электронной книге. И каждому встречному репортеру я буду говорить, что идея в такой же степени твоя, как и моя.