Мне стало холодно, и я прижалась к нему.
– Пойдем спать, - сказал он. - Завтра будет тяжелый день.
– А вдруг я проснусь, а тебя нет?
– Так, наверное, и будет. Завтра я рано-рано улечу в Москву. Я даже будить тебя не буду.
– Разбуди, - попросила я.
Он быстро уснул, а я еще долго сидела рядом и смотрела на его лицо. Лицо казалось темным, почти черным в полумраке. Он спал спокойно, только один раз вдруг сказал быстро: "Осторожно, Ларри… Это же адская боль". И через минуту: "Выгони вон Артура. Он не привык смотреть на это".
Никогда больше он не уйдет надолго. Он будет возвращаться постаревшим и когда-нибудь вернется совсем старым, но никогда больше не придется ждать годами. Человек, управляющий временем, - мой муж.
3. Звездолетчик Валентин Петров
Третья звездная началась. "Муромец", неторопливо набирая скорость, пошел прочь от солнца по перпендикуляру к плоскости эклиптики. Теперь мне предстояло рассказать о своем замысле товарищам. На Земле я думал, что самое сложное - это добиться согласия у Совета космогации. В том, что согласится экипаж, я не сомневался. Я посмотрел на Сережку - он сидел у пульта и жевал тянучки - и немного успокоился. Сережа согласился еще на Земле, и мы вместе отстаивали эту идею в Совете. Я кивнул ему, и мы вышли в кают-компанию. Там Ларри играл с Сабуро в шахматы, маленький Людвиг Порта копался в фильмотеке, а Артур Лепелье сидел прямой, как манекен, и глаза его были широко раскрыты. У него в глазах была девушка в оранжевом свитере. Я подумал, что он наверняка согласится.
– Вот что, - начал я. - Вы хорошо представляете себе, что такое звездная?
Они посмотрели на меня с изумлением. Конечно, они все хорошо представляли себе. Годы непрерывных будней и отрешение от людей и Земли своего времени, потому что к тому дню, когда мы вернемся, память о нас превратится в легенду. Они молча глядели на меня, затем Порта ответил неторопливо: