И тут вдруг пришло воспоминание - Дукхат, повисший у нее на руках, люди, совершившие это, все еще недалеко. Вопрос, заданный ей. Вопрос... и ответ. "Убейте их! Убейте их всех!"

- А теперь, - начал Хедронн, - пост Энтил'За...

Мое имя Джон Джей Шеридан. Звание: капитан Вооруженных Сил Земли. Мой личный номер... Да, продолжай повторять это, Джонни. Может быть, это поможет тебе сохранить рассудок до тех пор, пока они не решат убить тебя.

Первое, что он мог вспомнить после того, как его оглушили на Веге-7, было пробуждение в маленькой комнатке. В ней все пропахло минбарцами, висел тот приводящий в ярость запах, напоминавший ему запахи чеснока, гвоздичного масла и стали. Он не знал, сколько времени он провел там, но помнил, как потом его привели в какой–то большой и темный зал и поставили в центр круга из девяти фигур. То был легендарный Серый Совет, не иначе. А потом переправили оттуда сюда, в маленькую, холодную и темную камеру где–то на поверхности планеты. Он пытался мерить ее шагами - восемь вдоль, шесть поперек, но это не избавляло его от тоски, и он попытался представить себе Анну. Не нынешнюю Анну, а ту, какой она была, когда они впервые повстречались, познакомленные его сестрой Элизабет.

Когда и это не помогло, он обратил свои мысли к дочери, которую тоже звали Элизабет, и к их встрече, когда он в последний раз видел ее. Потом она была погребена под тоннами обрушившихся скал, когда минбарцы разбомбили Орион-7. Он даже не получил возможности увидеть ее тело.

Не только его дочь умерла в тот день. Это произошло и с его женой, по крайней мере в духовном смысле. Она замкнулась и возвела стену, ограждая себя и все, чем она когда–либо могла бы стать, от мира. Единственным ее выходом наружу стал алкоголь. Он подозревал, что и сам умер в тот же день, и у него теперь была такая же стена, но только выпивку ему заменяли сражения. Последний натиск на центавриан в секторе 14. Самоубийственное нападение на корабль Серого Совета над Марсом. Освобождение генерала Хейга с Ориона.