Он нашел командора Корвина именно там, где предполагал его найти - за сосредоточенным изучением звездных карт и сводок технических данных в своем командном пункте рядом с рубкой.

- Как там с ремонтом? - спросил Шеридан. - Вы успели закончить его до того, как...?

- В основном, сэр. Целостность корпуса доведена до более чем 80%. Системы связи, навигации и вращающиеся секции снова в исправности, как и двигатели гиперперехода, хотя последние все еще немного нестабильны. Им потребуется капитальный ремонт, когда мы вернемся на Проксиму. Мы пока не в состоянии отремонтировать корпус в районе обзорного купола и внешние камеры. Задние батареи и установка запуска истребителей C все еще не работают, сэр.

- Плохо, но могло быть и хуже.

- Э–э-э, сэр... возможно, так оно и есть. Член Правительства Сопротивления генерал Хейг приказал мне в недвусмысленной форме... э–э-э... оставить вас и всех остальных, сэр.

- И вы, скажем так, послали его.

- В общем и целом, да.

- С вашей стороны это было невероятно глупо и безответственно, мистер Корвин. Однако, я не в силах отблагодарить вас. Просто, не делайте так больше.

Корвин улыбнулся.

- Нет, сэр.

Уже не в первый раз, Шеридан поразился, насколько молод был его старший офицер. Слишком молод, чтобы быть в рядах тех, кто сражался за Землю, он был одним из сотен тысяч беженцев, кому, вскоре после Битвы на Рубеже, удалось вырваться из пекла Битвы за Марс, благодаря самоубийственному нападению Шеридана на корабль Серого Совета. Разница между ним и прочими заключалась в том, что он, единственный из всех, проделал путь до рубки "Вавилона" и встал у руля, когда был убит лейтенант, управлявший кораблем. Шеридан тогда же, не сходя с места, произвел его в младшие лейтенанты, и с тех пор Корвин рос по службе так же быстро, как и сам Шеридан. Один из многих его соратников. Один из многих, кому, возможно, суждено умереть одинокой, бессмысленной смертью в чужом мире.