- Минбарцы - это одно, - сказал Шеридан. - Но как быть с ворлонцами? Если твои... друзья, как ты говоришь, не в ладах с ними, то мы можем разозлить ворлонцев. Я не хочу, чтобы это случилось. Тогда Битва на Рубеже покажется нам вечерней проповедью в церкви.

- Именно поэтому мои друзья и не могут оказать открытую поддержку. Им приходится действовать скрытно, но они будут делать все, что в их силах, чтобы помочь.

- Благодарю.

- Я так и думала, что ты будешь доволен. Они первые наши настоящие союзники с тех пор, как все это началось. Так что же с того, что они не могут открыться! Они хотят помочь нам, капитан. Может быть даже, помогут нам отомстить. Мы не можем вернуть себе Землю, и ты не можешь вернуть себе свою дочь, но мы все–таки можем заставить этих чудовищ, что принесли нам столько бед, заплатить за все это!

Что–то вдруг неожиданно щелкнуло в сознании Шеридана, и он повернулся к Ивановой.

- А что ты хотела? Если они спрашивали у тебя то же, что ты спросила у меня, то чего же ты захотела?

Иванова ответила улыбкой.

Коммуникатор Шеридана пискнул. Тихо выругавшись, Шеридан подошел к столу и взял его.

- Да?

- Мы прибыли на Вегу-7, сэр. Вышли из гиперкосмоса. Только, сэр, я боюсь, что двигатели гиперперехода отрубились. Наш ремонт не был толком закончен, и теперь нам предстоит повозиться, чтобы снова заставить их работать, иначе не доберемся до Проксимы. Но... это еще не самое плохое.

- Что вы имеете в виду?

- Мы просканировали планету, сэр. Из всего населения в более чем четыреста тысяч нарнов и людей, биосканеры показывают лишь пять живых биоформ.

- Пять?

- Ну, это где–то между четырьмя и шестью, кажется, - вмешалась Иванова, и пожала плечами, когда Шеридан бросил на нее яростный взгляд.