А затем был свет и воспоминания тридцатилетней давности угасли. Минбарка стояла перед ним. Он уже видел ее — спорящей в Зале.

— Приветствую. — она говорила негромко. По—английски. — Меня зовут...

— Сатай Деленн. — перебил он ее. Она могла бы выглядеть почти... почти беззащитной, если бы не огонь, горевший в ее глазах... очень близко к поверхности. Она, казалось, изучала его. — Я слышал ваше имя в разговоре Совета. И вы одна из тех, кто хотел отправить меня сюда.

— Вы говорите на нашем языке? — в ее голосе не было удивления.

— Вы не единственная, кто умеет подбирать и складывать вместе обрывки чужой речи. Итак, что помешает мне разорвать вас здесь и сейчас?

— Можете попытаться, но вы проиграете.

— Меня можно убить лишь однажды. Что мне терять?

Она медленно кивнула.

— Несомненно, у вас есть и что—то, ради чего стоит жить?

— Да. Есть. Надежда, что смогу убить еще несколько из вас прежде чем сдохну!

Теперь она казалась удивленной. — Какая ненависть. — прошептала она по—минбарски и затем что—то о Валене. — Как вы можете жить с такой ненавистью?

— Просто, когда десять лет это — все что у тебя есть. Вы забрали мою жизнь, мой дом, родителей, сестру, дочь... вы забирали у меня все, пока я не захотел оставить себе хотя бы ненависть.

— И вам это удалось?

— Возможно. Какая разница.

— Тогда я хочу задать вопрос. Почему вы не напали на меня? Я — Сатай. Я воплощение всего, что вы ненавидите. Почему вы не попытались убить меня?

— Потому что вы ждали этого. Я не стал бы Звездным Убийцей делая лишь то, что от меня ждут.

— Вы, кажется, почти гордитесь этим титулом...

— Заслужен в бою, подарен мне врагами. Чертовски верно, я им горжусь.

— Я равно горда моим титулом. Сатай. Возможно, вы поймете это, капитан?