Да, Маррэйн был признан как один из лучших тактиков своего поколения. И лишь одного полагали равным ему.

И Парлонн из Огненных Крыльев был за стенами Ашинагачи, планируя его оборону.

Порой, когда он закрывал глаза в медитации или во сне, Маррэйн заново видел Маркар'Арабар. Он видел движение Теней, видел как свет впитывался их пятнистой, черной кожей и пропадал навечно. Он чувствовал жару и вонь, слышал крики умирающих и торжествующий, страшный вопль кораблей Теней, проплывающих мимо.

То была последняя схватка с Тенями. Первые Воины собрались обсудить дальнейшие действия. И была сделка, оставившая гнев и чувство предательства. Маркабы и икарране просили помощи Минбара против могучего врага, нападавшего на их торговые пути и колонии. Кланы посылали свои флоты им на помощь, но почему они должны продолжать войну? Тени не атаковали миры Минбара. Они не трогали минбарских торговых трасс.

И так закончилась война — после двух битв и множества стычек. Здесь же разгорелась война куда большая — война между кланами. Война за честь, за долг, и за память.

Хантенн, Вождь Войны Клинков Ветра, совершил морр'дэчай после Маркар'Арабар. Он командовал объединенным флотом, и он нес ответственность за поражение. Он расплатился своей жизнью. Теперь его младший брат, Хантибан был вождем Клинков Ветра, и его не интересовали ни Тени, ни маркабы, ни икарранцы. У него была мечта и эта мечта была единственной.

Мечта Шингена.

Быть Императором.

И это значило — Ашинагачи. Именно его. Здесь был храм Шингена. Здесь он одержал победу, здесь он был коронован, и здесь он умер, вернувшись к этим сияющим стенам после ранения у Секигахары, где оставшиеся кланы, наконец, объединились в мятеже против него.