— Что? — наконец, смущенно усмехнулся он.

— Ничего, — улыбнулась она. — Ты собираешься заходить? Ты действительно сможешь закончить эту историю.

Дэвид охотней встретился бы со всем минбарским флотом, чем ответил бы "нет". Именно это он ей и сказал. Она снова улыбнулась, и они вошли в комнату вдвоем.

Дверь закрылась за ними.

* * *

Вернемся к началу. Взвесим все на весах. Жизнь или смерть. Добро или зло. Спасение или проклятие. И снова вернемся к началу.

Что ж, было интересно пройтись по тропинкам памяти, проверяя по пути все свои тайные чувства, но это меня ни к чему не привело, кроме того, что я стал еще более плаксив, чем прежде.

Злость, ненависть, любовь, жалость, покой. Все это перегорело теперь. Нет, злость все же осталась. Она все еще со мной. Она всегда будет со мной. Злость на себя, на минбарцев, на отца, Анну и Лиз за то, что они умерли, на Деленн за то, что она втянула меня в это... на всех.

Вечная злость, и куда она привела меня?

Куда?

Как безымянная шлюпка, бесцельно дрейфующая сквозь космос, я оставался в неизменности, пока люди вокруг умирали, ненавидели, любили, сражались, боролись. Что значит одна жизнь?

Что значит одна смерть?

"Капитан. Вы не одиноки в своей боли. Никто не одинок".

Ее слова. Я помню их. Ее слова. Не одинок. Может, и нет.

Может быть, нет.

Нет. Я чувствую, что ты здесь, Деленн. Не знаю, где ты, но я чувствую тебя. Я не одинок. Мне кажется... мне кажется, что я просто не замечал этого прежде.

Спасибо тебе.

— Свет.

Свет незамедлительно залил его комнату, и ему пришлось зажмуриться на несколько секунд. Он слишком долго сидел в темноте и привык к ней. Он медленно поднялся на ноги и поморщился от боли в затекших ногах.