- Ты одна.

- Нет. Со мной мои воспоминания, и мое предназначение. Со мной мои медитации. Я не одинока, - ответила она после паузы.

Шеридан так не думал. Оторванная от своего народа, в этом мире она была одна среди врагов. Люди так жаждали ее казни, что, как он слышал, в его отсутствие произошло даже несколько бунтов. Ее последний приют - сумрачная камера: стены, два стула и стол. Ее единственный собеседник - холодный, ироничный и безжалостный мистер Уэллс, способный, не пошевелив пальцем, разорвать на части ее разум и эмоции. Плюс безмолвные охранники, которые просто смотрели на нее с безумной ненавистью. Да сам Шеридан...

- На Нарне я встретился с неким Неруном, - произнес он. - Он вроде бы тебя знает.

- Нерун, - произнесла она так нежно, будто думала о нем больше всего на свете, но до сих пор не могла признаться себе в этом. - Я скучаю по нему, но... у него свой путь, а у меня свой. Кто бы мог подумать, что мой заведет меня сюда?

- Уж точно не он. У тебя были... друзья на Минбаре?

- Мало. Многие ушли. Война. Враг. Смерть Бранмера принесла много печали.

- А, да. Я слышал о нем. Он ведь командовал на Рубеже, не так ли?

- Потом он возглавил Рейнджеров. Он был великим человеком.

- Я... Мне просто интересно... была ли у тебя семья, родственники? Брат или сестра?

- Нет, - произнесла она мягко. - Моя мать ушла к Дочерям Валерии сразу после моего рождения; я видела ее всего несколько раз. Мой отец... он ушел в море много лет назад. Я скучаю по нему. Он был хорошим человеком, мудрым и добрым. У меня есть... дальние родственники, но близких людей не осталось. Кроме Драала.

Шеридан не все понимал в ее речи. "Дочери Валерии"? Что это, какой–то духовный орден? "Ушел в море"?

- Драал? - произнес он. Имя ему было незнакомо.

- Лучший друг моего отца. Он был моим наставником в детстве, и стал моей совестью, когда я выросла. Он... был старым и дорогим другом.