Кроме того, там было что–то еще, что–то, чувствующее Литу.

Но не весь страх, горе и мука исходили от Деленн. Поворачивая за угол, она чуть не врезалась в Маркуса. Он, очевидно, ходил взад–вперед, и она чувствовала озабоченность в его разуме. Он отошел от нее и кивнул, что, по всей видимости, означало извинение. Потом он отступил в сторону. Она взглянула на него и улыбнулась. Она потратила много времени на совершенствование этой улыбки.

- Сатаи Деленн в своей камере, - сказал Маркус. - С ней капитан Шеридан.

- Я пришла сюда ни за Сатаи Деленн, ни за капитаном Шериданом.

- А?

- Я пришла за вами. Не хотите ли поужинать со мной сегодня? Я не слишком хорошо готовлю, но думаю, смогу что–нибудь сообразить.

Он просто пялился на нее.

- Мисс Александр...

- Так я чувствую себя школьной учительницей. Меня зовут Лита, а вас - Маркус.

- Вы едва меня знаете.

- Узнаю вас получше за ужином. Встретимся у меня... скажем, в восемь.

- Я не знаю, где вы живете.

Она снова улыбнулась и легко прикоснулась к его лбу.

- Теперь знаете.

Она совершенно не ожидала такой реакции. Он накинулся на нее и прижал ее к стене.

- Никогда не делай этого! - крикнул он. - Никогда!

Она посмотрела ему в глаза, и ее улыбка увяла. Едва ощутимый телепатический укол и он отступил, потирая лоб. Это было всего лишь недолгим приступом боли.

- И ты никогда не делай этого, - сказала она. - Только если я сама попрошу.

Он посмотрел на нее. В его глазах была боль, и смятение, и вопрос.

- Почему? - прошептал он.