Ему были известны все секреты, которые считались утраченными вместе с Корпусом. Он знал о проекте "Лазарь", о программе искусственной личности. Ему были известны многие секреты Бюро 13, Звёздной Палаты и Межпланетных Экспедиций.

Это хорошо согласовывалось с другой известной пословицей: "Знание — Сила".

Бестер не был военным. Он предпочитал вести игру за кулисами и предоставлять другим право делать грязную работу. Скоро обстоятельства изменятся, и ему придётся нарушить это правило, но к этому он будет готов. А пока он был вполне удовлетворён тем, что у него есть возможность сидеть тихо, ждать и слушать, копить своё знание. И хотя он никогда не увлекался военной историей, он читал слова Сунь-Цзы, общепризнанного величайшего стратега всех времён и народов. Они воспринимал их как очень ценный совет.

"Тот, кто не знает ни своего врага, ни себя самого, не победит и в сотне сражений. Тот, кто знает лишь себя, но не своего врага, станет победителем в пятидесяти битвах из ста. Но тот, кому ведом и он сам, и его враг, одержит победу сто раз".

Бестер не был намерен проигрывать и единственного раза, но в то же время он знал, что поражение подчас было просто иным обличьем победы.

Он поднял голову и улыбнулся, ощутив за дверью эмоциональные контуры четверых человек. Большинству телепатов для того, чтобы провести сканирование, надо было видеть объект. То же самое относилось и к Бестеру, но он был способен чувствовать фон разрозненных мыслей даже сквозь дверь или стену.

Он, разумеется, узнал верного и мужественного Майкла Гарибальди. Бестеру вдруг захотелось узнать, как там поживает его жена Лиана. Судя по всему, она должна была разрешиться от бремени не позднее, чем через пару месяцев.

Вместе с ним был командор Корвин, лояльный своему капитану и... Бестер раздражённо хмыкнул. Это было неприятно. Он применял какую-то странную методику блокирования телепатических воздействий. По своей природе она была похожа на минбарскую, что было вовсе не удивительно. Какого-нибудь другого телепата такой трюк, возможно, и сбил бы с толку, но против Бестера это было настолько же эффективно, как стена из бумаги против мчащегося во весь опор барана. И, тем не менее, его это раздражало.