Он вернулся к тяжелой работе, тихо напевая себе под нос. Он думал о Линдисти, Лондо и Урзе, и мечтах, которыми грезили они, когда были молодыми, и каждый из них верил, что они изменят мир к лучшему.

Как там когда—то сказал Лондо?

"Я хочу оставить после себя только улыбки, шутки и репутацию, которой позавидует любой мужчина."

Джорах усмехнулся этой мысли. Лондо оставит после себя куда больше.

Он не заметил, что одна из веток треснула и не заметил, когда она начала падать. В самый последний момент он вскинул взгляд, но тяжелое дерево уже ударило по его голове сбив его с небольшого табурета, на котором он стоял.

Он упал на землю и не мог подняться. Его пальцы онемели, и он... не мог... видеть...

...ясно...

...совсем...

Солнце вспыхнуло перед его взором, и свет окончательно ослепил его. Ему показалось, на краткое мгновение, что он видит улыбающееся ему лицо Линдисти, слезы наполнили его глаза, и он больше не думал о ней, ни о чем ином, он не думал...

* * *

Именно новость о смерти Джораха была тем, что придало ей сил сделать то, что, как она всегда знала, следовало сделать. Она не испытывала от этого радости, ее посетило лишь странное чувство облегчения. Она переживала слишком долго, но теперь у нее был план действий.

Тимов беспокойно сидела на Пурпурном Троне, ожидая когда Дурла явится к ней.

Она думала о Джорахе. Она никогда его толком не знала, но он был одним из старейших друзей Лондо, последним из них, кто был еще жив. Она сама передала эту новость Лондо, и видела как посерело его лицо. После этого он пожелал остаться в одиночестве, и даже она не могла смягчить нахлынувшую на него депрессию. Она отправила к нему Г'Кара, надеясь что он сможет хоть что—то сделать. Сама Тимов говорила с Л'Нир и обнаружила в словах девушки неожиданную мудрость.