Затем разыскал в ящике письменного стола патроны. Волчья картечь - то, что надо! Хотел было оставить записку Марине, но затем передумал. Что ей написать? Что он превратился в кровавого маньяка и поэтому кончает с собой? Нет, лучше остаться в памяти девочки таким, каким был раньше. Станислав подошел к окну и в последний раз окинул взглядом этот мир, из которого так не хотелось уходить. Даже захламленный старый двор казался сейчас прекрасным. Как ярко зеленеет трава! Как звонко кричат играющие ребятишки! А этот воробей, прыгающий с ветки на ветку напротив окна?! Почему он раньше ничего этого не замечал? Неужели окружающую нас красоту мы понимаем только перед смертью?! "Хватит! - оборвал свои мысли Станислав. - Пора!"

Он зарядил ружье, решительно вставил дуло в рот и плавно нажал спуск. Оглушительно грохнул выстрел. Картечь прошла навылет, разворотив затылок, но Станислав с удивлением осознал, что он жив. Более того, рана быстро затягивалась и спустя пару секунд вовсе исчезла.

- Хи-хи-хи, сынок, ничего у тебя не получится! - услышал Станислав ехидный голос и, обернувшись, увидел того самого, в черном, который являлся ему во сне. На этот раз он был абсолютно реален и вольготно развалился в кресле, закинув ногу на ногу.

- Ничего не выйдет! - повторил черный, ухмыляясь. - Ведь ты же бессмертен!

- Кто ты? - хрипло спросил Станислав. - Что тебе нужно?

- Я демон, - просто ответил тот. - Впрочем, как и ты, сыночек! Садись, поговорим!

Станислав послушно опустился на диван.

- Кстати, что за имя тебе дурацкое придумали: Ста-ни-слав! Фи! Я бы назвал тебя Аввадон, в честь нашего дедушки. Аввадон Маркелович! Как звучит-то, а?

"Папочку, стало быть, зовут Маркел, - подумал про себя Стас. - Лучше бы его в детстве кастрировали!"

- Но, но, не зарывайся, щенок! - погрозил пальцем Маркел и извлек прямо из воздуха длинную сигару. Вонючий дым наполнил комнату. Станислав закашлялся.