Если хочешь вернуть себе крошку Эстрильдис и если не забыл еще ремесло часовщика, которым когда-то владел, то отправляйся в Ираз с господином Зерликом. Тебе предстоит починить часы на Башне Кумашара — задача для тебя не сложная, ведь эти часы, если не ошибаюсь, сделаны твоим отцом.

Прощай».

— У старика мозги на месте, — пробормотал Джориан из Ардамэ, — не то что у тебя, мой мальчик. Заметь, в письме никаких имен...

Он замолчал, внимательно поглядев в другой конец комнаты. Сидевший там человек в простой темной одежде поднялся, оставив на столе монету, и незаметно вышел. Прежде чем дверь закрылась за ним, Джориан успел увидеть его лицо в профиль на фоне темнеющего неба.

— Тедус! — позвал Джориан.

— Да, мастер Никко?

— Кто это такой, тот, что сейчас вышел?

Хозяин пожал плечами.

— Не знаю. Он весь день просидел, выпил немного эля, а так все больше смотрел по сторонам.

— Откуда он, как тебе показалось?

— Он мало говорил. Но сдается мне, что выговор южный.

— Южный выговор, черная одежда, — пробурчал Джориан. — Ясно, как день, что он из Ксилара. Не хватает только красных песочных часов на рубахе, да и без них ошибиться трудно.

— Может быть, ты слишком спешишь с выводами? — сказал Зерлик.

— Как знать. В моем положении поневоле замечаешь каждую мелочь. Можешь радоваться, господин Зерлик, в этой комнате ты не единственный тупица. Того типа я бы сразу должен был раскусить, да задумался о другом.

— Выходит, ксиларцы все еще хотят отрубить тебе голову? И подбросить вверх, чтобы выбрать нового короля? Этот обычай всегда казался мне гнусным.

— Если б речь шла о твоей голове, он показался бы тебе еще гнуснее. Что ж, теперь придется поторопиться с предложением Карадура. Но дорога денег стоит, а мне сей драгоценный металл карманов не оттягивает.