— Ноу проблем, — поднял вверх руки Шатров. — Сегодня же буду думать. И работать над немецким произношением.

— У тебя нормальный хохдойч, Геннадий, — успокоил его Герхард. — К тому же иностранный акцент в разумных дозах не помешает, а только подчеркнет нашу фишку.

— О'кей, — подвел итог обсуждению Измайлов. — Мне кажется, еще чуть-чуть пива было бы очень кстати.

Шатров кивнул в знак согласия. Герхарда и Карла можно было не спрашивать — они приехали из страны, где пиво является чуть ли не священным напитком. Эльдар полез в холодильник и вытащил оттуда несколько банок «Балтики».

Тем временем возня на первом этаже вроде бы прекратилась, но Коротин наверху так и не появился.

"По-видимому, обсуждает с охранниками, как достала всех эта тварь, — подумал про себя Шатров. — Будем надеяться, что они выкинули ее отсюда.

Вот сука, вот сука! — продолжил размышления Геннадий, когда Эльдар взял ситуацию в свои руки и принялся обсуждать с немцами детали новой аранжировки. — Говорил же ей, чтобы она не приходила сюда! Говорил, что знать не желаю! Черт попутал связаться с этой шалавой…"

Шатрову, правда, только и оставалось что винить в этой ситуации самого себя. Потому что это он в один весенний мартовский день три года назад позволил остаться Яне Ковалевой в его квартире, хотя прекрасно знал, что она проститутка и алкоголичка.

Более того, он позволил ей постоянно измываться над собой, бросать в лицо обвинения в том, что он не мужчина, потому что не умеет зарабатывать деньги. Позволил украсть у себя кое-какие вещи по мелочи и обмануть себя насчет мнимого аборта. Это уже потом, где-то в сентябре, Яна объявила ему, что он скоро станет папой и что никакого аборта весной она не сделала, а вместо этого купила себе новый плащ, ботинки и платье. Остатки денег она благополучно пропила.