Кожа темно-коричневая, как у апачей. Ощупывая лицо и голову, Морфикс все кричал и кричал. Потом он заголосил еще громче.
Это было не его лицо (не было выступавших надбровных валиков и сломанного носа), а голова была гладкой, как яйцо.
Он потерял сознание.
Позже - хотя вряд ли прошло много времени - он пришел в чувство. Над ним было яркое солнце, а под ним - холодная скользкая поверхность.
Повернув голову набок, он увидел все ту же латунь; было незаметно, что он движется, потому что кругом не было никаких ориентиров. На мгновение ему показалось, что он уже находится в конце спуска. Однако, приподняв голову, он увидел, что дно чаши приблизилось и мчится прямо на него.
Сердце прыгало в груди так, будто сейчас оно разорвется и он умрет во второй раз. Но этого не произошло. Кровь так шумела в ушах, что заглушала свист ветра.
Он откинул голову и зажмурил глаза от солнца. Никогда в жизни (или в жизнях?) он не чувствовал себя таким беспомощным. А он был беспомощнее новорожденного младенца, который все-таки не знает, что он беспомощен, не умеет думать и о котором позаботятся, если он закричит.
Он вот кричал, но никто не прибежал к нему на помощь.
Он скользил все дальше вниз, медно-желтая поверхность убегала назад по сторонам от него, а спине совсем не было горячо, хотя, казалось бы, уже давно должна была сгореть не только кожа, но и мускулы.
Наклон стал более пологим, сходил на нет. Морфикс пересек горизонтальный участок, но так быстро, что не успел оценить его ширину.
Ровная поверхность загибалась кверху. Он почувствовал, что стал скользить медленнее; по крайней мере он на это надеялся. Если он не сбавит скорости, он взлетит вверх и пролетит над центром чаши.
Вот и он! Край!
Он набрал скорость как раз достаточную, чтобы взлететь футов на семь над краем. Потом, уже падая, он мельком увидел латунный город за спинами людей, собравшихся на берегу реки, но город тут же пропал из виду, а прямо под ним оказалась зеленая вода, к которой он стремительно приближался. Он замычал от отчаяния и замолотил руками и ногами, пытаясь выровняться. Напрасно. Морфикс ударился о поверхность левым боком и, наполовину оглушенный, погрузился в холодную темную воду.