Он бросил беглый взгляд на заметно меньшее помещение за занавесом и понял, что это было ее спальное место, но в тот момент это даже не осознавалось. Причиной этого было не только удивление материалу занавеса: он никогда не слышал о гнездах, которые бы внутри делились на части, и новизна подобного ошеломила его. Но, подумав, он признал разумность такого устройства для большого гнезда. Народу не было нужды возводить стены для «уединения»; это была специфическая концепция двуногих, но для представителя Народа было буквально невозможно не ощущать мыслесвет других на столь близкой дистанции. Однако внутренние стены и занавеси делили гнездо на меньшие секции, каждая из которых была бы заметно теплее в дни холода.

«Итак, ты одобряешь мой занавес? — Поющая-Истинно склонила голову. — Не все думают также. На деле некоторые полагают его еще одним знаком того, что мой пост вверг меня в гордыню. — Она рассмеялась. — Большинство предусмотрительно не говорят этого, но их мыслесвет их выдает»

«Конечно нет!» — запротестовал Искатель-Мечты.

«Котенок, я не просто певица памяти клана Яркой Воды, — сказала она ему щедро окрасив мысль весельем. — Я еще и старая Поющая-Истинно, тетушка, кузина или почтенная бабушка для каждого из членов клана. Они не намерены позволить мне забыть это, а я и не возражаю. Кроме того… — еще один смешок — сомневаюсь что знала бы как поступить, если бы не нашлось хоть кого-то осуждающего меня!»

«Но кто посмеет?» — поразился Искатель-Мечты; усы его вздрогнули от смущения, когда она мягко рассмеялась при виде его пылкого возмущения. Что ж, она могла себе позволить посмеяться над ним, но это не делало его вопрос менее естественным. Она была Поющей-Истинно, певицей из певиц памяти, именно той, чье прозрение свело вместе Народ и двуногих!

«Ты еще котенок» — наконец сказала она ему мягким мыслеголосом, затем вышла на центр гнезда и Искатель-Мечты, наконец ясно рассмотрев ее, испытал шок.