Несмотря на то, что он боялся и ненавидел Сика, Бордингтон должен был признать, что чех делал замечательные успехи. Его акцент почти пропал. Зная его репутацию грубого человека, было странно видеть, с каким удовольствием он изучал историю типично британских Форсайтов. Бордингтон открыл иллюстрированную книгу и нашел место, на котором Сик остановился прошлый раз. Он с облегчением констатировал, что его руки не дрожали. Кладя книгу за стол, он услышал шаги по деревянной лестнице без ковров, которая вела в его квартиру, расположенную на третьем этаже. Он вытер руки носовым платком и подошел к окну, чтобы еще раз посмотреть на улицу.

Наблюдатель исчез.

Раздался звонок у входной двери. Бордингтон сунул платок в карман и пошел открывать.

Сик приветствовал его кивком головы и прошел впереди него в гостиную. Он был толстым и массивным, с тонкими губами и маленькими жесткими, с подозрением смотрящими глазами.

- Сегодня прекрасный день, - машинально проговорил Бордингтон. - На солнце приятно пройтись. Пожалуйста, садитесь, мистер Сик.

Прекрасная погода и приятно пройтись, - сказал Сик, поло - жив свою черную и грязную шляпу, на стул. - Он смотрел, как Бордингтон обошел письменный стол и взял роман о Форсайтах. - Надеюсь, что ваша жена чувствует себя хорошо.

- Она чувствует себя прекрасно, благодарю вас, - ответил Бордингтон, зная, что все это касалось упражнений в английском языке, и что Сик совершенно не интересуется его женой. - Надеюсь, что ваша жена также чувствует себя хорошо. - Он протянул Сику книгу.

- Да, она чувствует себя хорошо, - сказал Сик, скрестив свои толстые ноги. - Я благодарю вас, - добавил он.

- Ну что же, начнем, - продолжал Бордингтон, стараясь говорить твердо. Не продолжите ли вы чтение? Вы отлично вчера читали. Я отметил место, с которого вы должны продолжать.