Но им только казалось, что они отключили меня. Они только так умали, а на самом еле человека отключить нельзя. Он сам может отключиться, но сам же и приет в себя. Я самовключился и явился в Охрану Среы. Я объяснил им, что разумное существо не может нанести вре ругому разумному существу или своим безействием опустить, чтобы ругому разумному существу был причинен вреб. Вот и все. Меня выслушали и отправили на Свалку. Зесь мое место!

- Порядок,- сказал Мартович и спрятал в футляр свой паяльник.

- Не вижу порядка,- ответил Бел Амор.

- Можно собираться,- подтвердил Мартович.- Ты когда спал последний раз?

- Можете ити,- разрешил Дикий Робот.- Со Свалки вы все равно не выйете. Законы Азимова не выпустят.

Они вышли из парного вагончика. Бел Амор упирался.

- Садитесь в звездолет, все в порядке,-- сказал Мартович. - Он не опасен. Законы Азимова трансформировались у него в нормальное правило: "Разумное существо не может причинить вред другому разумному существу".

- Но он же сигналит "Спасите наши души!". Он заманивает на Свалку людей!

- Больше никого не заманит. Я убрал у него букву "д", теперь сюда никто не сунется. Люди не хотят работать на Свалке, а ему здесь самое место. Он приведет Свалку в порядок.

Свалка уходила.

От нее шел сигнал: "Спасите наши уши"! Никто не обращал на него внимания, лишь Чинарик то и дело оглядывался. Стабилизатор был, как всегда, спокоен: он никому не причинил вреда, своим бездействием не допустил - и так далее.

- Слушай, лесник,- сказал Бел Амор, когда они вышли в чистый космос.Что-то вы недодумали. Все планеты в березах, аж в глазах рябит.

Но Мартович уже спал, поговорить было не с кем.

Икий Робот сиел в парной. Третий захо ля тела. Уш из мазута, отполироваться войлоком. Покрыть себя лаком. Ва слоя лака, полировка, опять ва слоя лака. Сегоня хотелось блестеть - открытие памятника. Он вышел из вагончика в старом махровом халате - на Свалке все есть! - торжественно потянул за веревочку, и покрывало опустилось. Be гранитные человекообразные фигуры шли куа-то.