"Шкода" развернулась и ушла. Мы пристегнули собаку на поводок и пошли вдоль заграждения. Далеко идти не пришлось - метров через пятьдесят был лаз.

Не стоит, наверное, описывать наши ночные блуждания. Тем более что двери бараков были заперты, машина, как я уже говорил, ушла, а отступать нам было некуда. Мы расстелили палатку и улеглись на землю посреди какого-то пустыря.

- Влипли,- сказал Лот, ворочаясь.

- Все ты,- ответил я.- Нужно было ехать в Крым!

- Ладно тебе, спи.

И я уснул. А когда проснулся...

"Я ПРОСНУЛСЯ ОТ ТРЕСКА МОТОЦИКЛА И УВИДЕЛ, КАК СКВОЗЬ ВЧЕРАШНИЙ ЛАЗ МИМО БУХТ КОЛЮЧЕЙ ПРОВОЛОКИ НА ОГРОМНОЙ СКОРОСТИ ПРОМЧАЛСЯ КАКОЙ-ТО СТАРИК... МЫ НАШЛИ НИЧЕЙНОГО РЕБЕНКА".

Но до этого утром из темноты выступили несколько бараков с заколоченными окнами, большой сарай и кухня. Все обнесено заграждением. Мы ждали возвращения хозяина и поэтому свернули палатку и отправились побродить по территории базы. И в одном из бараков наткнулись на ребенка...

- Ты чей такой? - спросил Лот, улыбаясь и делая шаг к кровати.- Ты дедушкин, да?

Ребенок молчал и почему-то морщился. На вид ему было года три.

- Ты чего молчишь? Ты тут болеешь, да?

- Он тебя боится,- сказал я, подошел к ребенку и протянул руку, чтобы поправить подушку. Ка-ак вцепится он в мои часы! Намертво. Пришлось отдать.

- Это ерунда,- сказал Лот.- Этот, как его... вернется, ну, тот... тогда и заберем.

Мы потолклись в дверях барака.

- Он, наверное, есть хочет. Дед не кормит. Или пить.

- Скорее всего он мокрый,- предположил я. - Может, посмотреть?

- Лучше не трогай,- засмеялся Лот.- Видал, как смотрит!

Ребенок все так же молчал и разглядывал нас серьезным, совсем не детским взглядом. В комнату просунулась Чапа. Другой бы на его месте обрадовался. Или хотя бы испугался. А этот будто в рот воды набрал. И Чапа на него ноль внимания. Обошла комнату, будто чужих тут не было вовсе.