Что может забыть человек, обязана помнить Библиотека. Если информация доступна, она будет в Игре, в банке данных этого знаменитого компьютера. Он повернулся на стон Сачена, который внезапно вновь начал просить воды. Жар у него спал. Темная кожа приобрела какой-то налет бледности. Легрейн опустил руку на флягу. - Нет, - сказал он. - Это будет лишнее. Дюмарест посмотрел сначала на его руку, затем ему в глаза. - Замечательно, - сказал Легрейн. - Почему бы и нет? Завтра мы подохнем все вместе. Дюмарест поднялся и влил остатки воды Сачену, затем демонстративно выкинул флягу, не сводя глаз с Легрейна, сидевшего у костра. Играющие языки пламени освещали лицо Легрейна, выделяя его четкие черты, тяжелую челюсть и рот. Это было лицо человека, привыкшего полагаться только на себя самого. Под взглядом Дюмареста Легрейн почувствовал себя неловко. - Объясни мне, - попросил Дюмарест. - Что ты имел в виду, когда сказал, что все мы завтра умрем? Легрейн пожал плечами. - Ничего, мой друг, кроме того, что это так и есть. Три раза я дрался на поле сражения. Два раза мне повезло, мы выигрывали. Я жил по высокому разряду, поскольку у проигравших оставалось в живых лишь несколько человек, и поэтому доля каждого из нас была очень велика. Но в этот раз я ошибся и выбрал не ту сторону. В этот раз я умру. - Но пока ты еще не умер, - заметил Дюмарест. - Послушай, - Легрейн нарисовал на песке круг, соединенный с тонкой линией. - Это, - сказал он, указывая на круг, - поле сражения. Эта линия - перешеек, связывающий нас с домом. Поперек нее Барьер, окруженный проволокой, забором, охраняемый, его невозможно преодолеть без разрешения. Вокруг поля сражения крутой обрыв высотой в триста футов, под ним скалы и море. Если даже спуститься с этого обрыва, все равно там будут все те же скалы и море, готовые поглотить тебя. Никаких кораблей. Нет возможности покинуть это место. Мы в ловушке, - воскликнул он. - Красно-золотые потерпели поражение, они обречены. А мы воевали на их стороне.