Он так увлекся борьбой с этими помесями раков и улиток, что не заметил, как к нему подплыла Карет. Мелькнуло что-то на краю зрения - мускулистое женское тело, полет в воду... Он потер глаза. Как так? Теперь она была в зеленой, в тон ее глазам" свободной куртке. А-а, вот в чем дело - полы этой обычной для моряков одежды спускались чуть ниже бедер. В талии куртка была перетянута ремнем из коры, где в ножнах болтался нож.
Она погладила корпус рукой, заглянула в трубу, потом одобрительно сказала:
- Годится. Полезай на борт и помоги коку приготовить ужин. Прежде переоденься - я не желаю, чтобы твои мокрые тряпки пачкали мне палубу. Иначе будешь драить ее до самого отбоя.
Он молча повиновался. Как только они влезли на палубу, он поспешно разделся, отжал за борт свою одежду. Потом все снова напялил на себя и отправился на камбуз. Здесь принялся раскладывать жаркое из этой поганой рыбы на деревянные тарелки - по-видимому, из-за обилия леса на Кларете жители старались как можно шире использовать этот материал - и разносить по кораблю. Прежде всего Бозхдалу, затем команде в кубрик. Капитан ела на палубе устроилась на планшире и одновременно рассматривала карту.
Сразу после ужина последовала команда поднять якорь. Правда, за несколько минут до отплытия Бозхдал сошел на берег и привел человекообразную сторожевую обезьяну, которая охраняла груз во время погрузки. Сидела она в особой нише, на цепи, к которой было прикреплено острое металлическое стрекало. С его помощью Бозхдал ловко управлялся с этим чудовищем. Провел он обезьяну на корму и поместил таким образом, чтобы никто из команды не мог попасть в кормовые отсеки.
Тераку это показалось удивительным - обычно обезьян размещают в клетках на палубе. Ответ он получил спустя два часа, еще до того, как улегся на койку. Из-за борта донеслось странное бульканье, затем шлепки по воде - он невольно выглянул из кубрика. При свете навигационных огней он различил в море Карет. Одной рукой она держалась за конец каната, спущенный со шхуны. Через несколько минут девушка влезла на палубу - все в том же нарядном костюме. Точнее, без ничего...