И только спустя тридцать лет, когда ему было уже за пятьдесят, Варшавский вновь взялся за перо и стал писать фантастические рассказы.

Странно складываются иной раз писательские судьбы! Ведь и Станислав Лем обратился к научной фантастике совершенно случайно. Он рассказывал нам, как, находясь на курорте, в разговоре с одним отдыхающим пожаловался на отсутствие в Польше современной научно-фантастической литературы. "Так вы же писатель, вам и карты в руки!" - ответил собеседник. Лем возразил ему, что, хотя он и писатель, но работает совсем в другом жанре (в то время он писал стихи и "нормальные" реалистические рассказы). На том разговор и кончился.

Но каково же было изумление Лема, когда, вернувшись в Краков, он нашел у себя дома уже оформленный договор на написание научно-фантастического романа (курортный знакомый оказался директором издательства). "И тут мне ничего не оставалось, - добавил Лем, - как сесть за машинку и сочинить "Астронавтов".

А у Варшавского все началось из-за спора с сыном Виктором, инженером-кибернетиком и большим любителем научной фантастики.

- Зачем ты тратишь время на чтение таких несерьезных книг! - допекал его Илья Иосифович.- Насочиняли всякой ерунды!..

- А ты попробуй, сочини такую ерунду, - сказал ему Виктор.

Вызов был принят. Пари заключено. "Жуткий" фантастический рассказ "Глаз и голос", написанный за один присест, получил одобрение домашних. Сын признал отца победителем и торжественно вручил ему условленный приз.

- Вот так я и пишу для "семейного употребления", - закончил Варшавский.

- Сын дает иногда читать мои рассказы товарищам, и я, по правде сказать, даже не знаю, кто их вам принес...

Рассказы Варшавского обсуждались на очередном заседании комиссии научно-фантастической литературы Ленинградского отделения Союза писателей, были одобрены и рекомендованы к печати.

За эти годы И. Варшавский, продолжая совмещать напряженную работу на заводе с литературным творчеством, написал около семидесяти рассказов.