Дождь начался, когда я был уже в доме. Значит, хозяин куртки пришел следом. Ночные шорохи получают некоторое объяснение. И еще — в принципе я не против — люди должны делиться с ближними, в том числе и одеждой. Но как-то не принято делать это заочно. Тем более что в плаще остались документы на машину, деньги, права и ключи. Такие дела…

Я понимаю, что попал в довольно нелепое положение. Кем бы ни был ночной гость и какие бы обстоятельства ни вынудили его к столь таинственным посещениям, содержимое моих карманов, точнее отсутствие его, создает массу неудобств.

Мой черный длинный плащ…

Я вешаю чужую куртку на место и бреду обратно по коридору.

Под ногой вдруг пронзительно скрипит половица.

Я припоминаю, что уже слышал этот скрип.

Нины в комнате не было, а в душевой шумела вода. Я прошел на кухню, открыл холодильник и решил внести разнообразие в меню омлетом. Поставил на плиту чайник, и как раз, когда он закипел, на кухню вошла Нина. Она сонно жмурилась и ела яблоко.

— Доброе утро, — Нина застенчиво улыбнулась.

— Уи, мадам, утро вы уже проспали.

— Неужели? — спросила она с притворным удивлением. — Хотя, наверное, вы правы.

Нина села напротив меня и подвинула к себе тарелку.

— А вы неплохо готовите…

— У меня долгая практика.

— Как это?

— В холостяцкой жизни есть единственный недостаток. Все приходится делать самому. В том числе и готовить.

— Единственный?

— Да. В остальном чувствуешь себя как до грехопадения. Я имею в виду библейский сюжет.

Нина качает головой:

— Да, жизнь одинокого мужчины гораздо привлекательнее, чем одинокой женщины. В глазах общества, во всяком случае.

— Вот как?

— Именно. Одинокий мужчина, сам себе стирающий белье, — у окружающих это вызывает только восхищение.