Совсем недавно Ася буквально молилась: Господи, ну сделай так, чтобы в Афганистане все уже кончилось к тому времени, когда Антон подрастет. Хоть как-нибудь, все равно как. И вот - закончилось, ага. И вот - подрос.
Сразу - иголка в сердце.
Сразу - валидол в рот. Сразу - две. И не думать, не думать. Думать о чем-нибудь другом.
Хорошо хоть народу поступает сейчас немного. Просто поступить в Универ и просто закончить - дело нелепое, бестолковое, если не разработана долгоиграющая программа, в которой Универ этот несчастный - лишь первая ступень. Если семья не чувствует уверенности в том, что сможет сразу после окончания обеспечить отпрыску что-нибудь вроде долгосрочной стажировки - так это теперь скромно называется - в Сорбонне или Оксфорде, или, наоборот, Токио. И, если уж возвращаться, так сразу беря под длань свою какое-нибудь могучее КБ, или кафедру посытнее, а лучше институт или хотя бы филиал института, или как минимум член-кором. Что делать с новеньким дипломом здесь?
Хорошо, что народу поступает немного, и бумажки деканатские почти не отрывают от, скажем, очередной порции техперевода, заказанной очередным совместным. Иначе было бы совсем не вытянуть. То есть, как раз вытянуть. Ножки по дорожке. Но уходить с работы нельзя - в штат тебя сильные мира сего не возьмут, хорошо хоть на птичьих правах держат, подбрасывают деньжат за ишачий труд; а за тунеядство нынче снова не жалуют. Даже ввели во всех анкетах графу: "постоянное место работы". Да и продуктовые заказы иногда до сих пор подбрасывают. Конечно, не как на заводы или управленцам - однако же хоть что-то съедобное.