- Однажды они поймали его на тропе, - вставил Обрывщик. - Он убил всех троих.

- Это оказалось возможным, - произнес будто про себя Одиночка, все так же не отводя глаз от Джона. - Скажи мне, Полпинты, что вы, коротышки, вообще здесь делаете?

- Ну... - Джон моргнул. - Я ищу Смазанную Рожу...

- Я про всех про вас, - сказал Одиночка. - У вас наверняка есть какой-то план. Вас же никто сюда не звал, сам знаешь.

- Ну... - снова начал Джон довольно вяло и попытался пуститься в объяснения. Кажется, оно шло не очень - трудно было описать технологическую цивилизацию, пользуясь дилбийским языком.

Когда Джон Тарди закончил. Одиночка кивнул:

- Понимаю. Если так, почему вы думаете, что мы должны вас, коротышек, любить?

- Должны? - переспросил Джон, готовый на резкий ответ, потому что не зря же он носил рыжие волосы. - Ничего вы не должны. Вам решать.

Одиночка кивнул.

- Дайте мою палку, - сказал он.

Один из стоящих рядом дилбиан снял посох с крючьев и передал ему. Одиночка положил посох на стол - молодой ствол толщиной десять сантиметров - и ухватился за него, разведя руки на два метра.

- На это никто не способен, только я, - сказал он. Не отрывая рук от стола, он развернул их в стороны. Посох напрягся в середине как лук и лопнул.

- Вот тебе на память, - сказал Одиночка, отдавая обломки Джону. - Доброй ночи.

Он закрыл глаза и отвалился к спинке, будто задремал. Обрывщик похлопал Джона по плечу и повел прочь к отведенному им ночлегу.

Но Джон, оказавшись в спальне, никак не мог заснуть. Изнуряющая усталость сменилась лихорадкой возбуждения, и все время крутился назойливой мухой и повторялся в голове эпизодик с Одиночкой.

В чем был смысл всего этого разговора и сломанного посоха?

Джон внезапно сел, стараясь не шуметь. Рядом с ним на груде мягких ветвей неподвижно спал Обрывщик, подобно остальным обитателям спальни. Вверху, подвешенная на кривом корне дерева, горела единственная лампа. При ее свете Джон достал и рассмотрел обломки дерева. У самой точки слома было видно какое-то уплотнение или узел. Мелочь, но...