- А может быть, состояние, в котором сейчас пребывает машина, это ее нормальное состояние? - спросил я. - Ведь неизвестно, как должно вести себя такое создание... Мне кажется, нам не следует заниматься сравнениями, то есть стараться очеловечивать... объект.

Все внимательно посмотрели на меня.

- Простите, возможно, я ляпнул глупость. Это были речи дилетанта.

- Мы ничуть не меньшие дилетанты, - возразил профессор, который уже разделался со второй чашечкой кофе и теперь крутил хлебные шарики, - а ваше мнение вполне справедливо. Увы, реакция машины в тот момент, когда мы открыли снаряд, была аналогичной...

- Можно ли наконец узнать, что, собственно, происходит? - спросил я. Мне уже пришлось услышать столько недомолвок, что я прямо-таки сгораю от любопытства.

- Вы правы, - сказал седоватый стройный мужчина, которого называли доктором. - В тот момент, когда мы, воспользовавшись ацетиленовыми резаками, отсекли макушку раскаленной стальной сигары, которую представлял собой снаряд с Марса, в отверстии показался этакий металлический змеевик. Вы его, вероятно, заметили, если смотрели внимательно...

Я кивнул.

- Змеевик, возможно, коснулся одного из наших рабочих, точно установить не удалось, при этом он проделывал резкие, как бы спазматические движения. Потом появился корпус, который вывалился на землю с высоты нескольких метров и замер. Неподвижность он сохраняет до сих пор, то есть уже больше недели.

- И что же тут странного? - сказал я.

- А то, что рабочий, у которого в руках был резак, умер в тот же день. С признаками апоплексического удара. А вскрытие не показало никаких других изменений, кроме легкого перенасыщения мозга кровью...