- Тридцать шесть по восемь сантиметров толщиной каждая, - сказал широкоплечий инженер.

- Значит, надо дал" пятьдесят шесть сантиметров свинца...

- А если это не обычное линейное излучение и свинок необходимо экранировать со всех сторон? - спросил доктор.

- Вы считаете, что на Марсе действуют другие физические законы? насмешливо бросил Фрэйзер.

- А вы уверены, что постигли уже все без остатка? - поддержал доктора профессор. - Когда я был в ваших летах, мне тоже казалось, что я знаю все... Я думаю, доктор прав. Пожалуйста, сделайте экран в форме цилиндра и дайте фильтры для дыхания. Или нет, лучше закрыть герметично, а внутрь поместить баллон с кислородом. Пожалуйста, сделайте это сейчас же и поместите в камеру с марсианином.

Все медленно вставали из-за стола. Профессор ухватил Фрэйзера за руку, подвел к окну и принялся что-то втолковывать, водя пальцем по стеклу.

Доктор подошел ко мне.

- Как вам нравится наш профессор? - спросил он, потирая тонкий длинный нос. - Ворчун, а? Но скажу вам: голова! - и он постучал себя пальцем по лбу. - Знаете, я уговорю Финка показать вам все, что мы вынули из снаряда. Любопытные вещицы. Правда, я уже один раз видел, но, понимаете, профессор все держит под замком.

Доктор кивнул инженеру, седому брюнету со светло-голубыми глазами и смуглым лицом, и мы вышли в коридор.

- Простите, господа, но, если я верно понимаю, в вашей работе нет ничего противозаконного, так почему такая таинственность? И странные пароли, способы переговариваться... Почему инженер Линдсей не мог просто приехать сюда? Я бы, возможно, не стал участником столь невероятно любопытных исследований, если б...

- Потому, видите ли, что ваши коллеги по перу жить нам не дают, прервал импульсивный доктор. - Потому, понимаете ли, что парк пришлось бы обнести колючей проволокой и пустить собак. Потому, наконец, что они уже унюхали, не знаю только как, что профессор Уиддлтон как-то связан с упавшим метеоритом...