- Ну да, лет сто назад, - терпеливо растолковывал ему я. - А после этого король Харальд Светловолосый завоевал все норвежские земли и...

- Сто лет назад! - прошептал он, и я увидел, как лицо его побледнело. - Какой же сейчас год? Мы уставились на него в изумлении.

- Второй год после великой охоты на лосося, - пытался вразумить его я.

- Какой год с рождества Христова, спрашиваю я? - прохрипел он, с мольбой глядя на нас.

- А, значит, ты христианин? Хм, дай-ка подумать... Однажды в Англии мне довелось беседовать с епископом. Мы с него взяли выкуп, а потом отпустили, так он сказал... Подожди-ка... Он вроде сказал, что ваш Христос жил тысячу лет назад или, быть может, чуть поменьше.

- Тысячу! - Незнакомец затряс головой, и что-то ушло из него, ибо глаза у него вдруг остекленели. Мне приходилось видеть стекло, я ведь говорил тебе, что побывал во многих странах... Вот так он и стоял, а когда мы повели его к усадьбе, шел покорно, как малое дитя.

Ты своими глазами видишь, жрец, что жена моя Рагнильда, хоть она уже и не молода, до сих пор хороша собой, а Торгунна пошла в нее.

Она была... Нет, и нынче она высока и стройна, а на голове у нее целая копна золотистых волос. По обычаю наших девушек она носила их распущенными по плечам. У нее были голубые глаза, чуть удлиненное лицо и алые губы. И к тому же веселый, добрый нрав, поэтому все мужчины были влюблены в нее, а Сверри Сноррасон даже в викинги ушел, когда она отказала ему, и погиб. Но ни у кого не хватило ума понять, что она так и не была счастлива...

Мы привели домой этого Джеральда Сэмсона - на мой вопрос он ответил, что его отца звали Сэм, - оставив Сигурда и Грима на берегу собирать плавник. Есть люди, которые, побоявшись колдовства, не рискнули бы привести к себе в дом христианина, но я человек не суеверный, а Хельги просто сходит с ума, когда видит что-нибудь новое. Пока мы шли полями, наш гость брел, спотыкаясь, как слепой, но едва миновали ворота, он сразу словно очнулся: обежал взглядом все дворовые постройки от конюшен и сараев до коптильни, пивоварни, кухни, бани, капища и самого дома. А в дверях дома как раз стояла Торгунна.