Пиджак зацепился за прут в тот момент, когда Чемберс спрыгивал с забора. Ткань оказалась достаточно крепкой, и он повис в воздухе, как кукла на веревочке. Чтобы выскользнуть из пиджака, пришлось рвануть на себе все пуговицы. Приземлился он не лучшим образом. Резкая боль в коленном суставе заставила парня вскрикнуть, но расслабиться хотя бы на секунду значило попасть им в руки. Джо тут же вскочил на ноги и бросился бежать, почти не разбирая дороги. Липкий пот застилал глаза, боль усиливалась, но Чемберс с упорством отчаяния продолжал свой все замедляющийся бег.

Спустя несколько минут над забором выросли четыре силуэта. Двое мужчин спрыгнули на землю сразу, один неуклюже повис на руках, а последний задержался на кромке забора.

– Замрите, я ни черта не вижу в этой темноте.

Охотников и добычу разделяло столь малое расстояние, что Чемберс слышал каждое их слово; нервы не выдержали, и он рванулся вперед.

– Вот он! – заорал тип на заборе. – Стой, черная обезьяна!

Негр смахнул рукавом пот и из последних сил ринулся в проем подворотни. Гулкий топот станавился все громче. Еще секунда, и его накроют.

Выскочив на улицу, Чемберс свернул влево, пробежал еще несколько ярдов и затаился в тени довольно высокого дома. Его обезумевший взгляд рыскал в надежде на помощь, искать которую не имело смысла.

Ночь загнала всех по домам, улицы города словно вымерли.

– Эй, ублюдок! – эхом отдавалось в ушах. Чемберс вжался в стену, мокрая рубашка прилипла к спине. Он прекрасно понимал свое положение, и не питал иллюзий насчет исхода погони, и все же не собирался сдаваться просто так. Он готовил себя к бою. К бою, где ему не суждено выйти победителем.

Нога распухла, боль становилась тупой и тягучей. Ему захотелось взвыть от беспомощности, но он молчал. Терпеть боль он умел.