Улыбнувшись своему отражению в зеркале, Бэтти Грэйс взяла с тумбочки помаду и, сняв колпачок, начала ровно, не торопясь обводить ею свои пухлые миниатюрные губки. Сделав последний штрих, она, как маститый живописец, отступила назад и взглянула на результат. Он ее удовлетворил. Вот только материны туфли великоваты, а платье шире и длиннее, чем ей хотелось бы, но, в общем, все о 'кей.

Какое счастье быть взрослой, столько нарядов, даже волосы можно покрасить в модный рыжий цвет. Но как долго еще ждать! Ведь ей только двенадцать, правда, она намного выше своих сверстниц, и старшие мальчишки говорят, что у нее красивые ножки и наклевываются будущие формы, и если они будут, как у ее матери, то ей прямая дорога в Голливуд. Она станет кинозвездой, как ее тезка Бэтт Дэвис. «Бремя страстей» – последний фильм с ее участием – Бэтти смотрела трижды.

Девочка принялась оглядывать себя со всех сторон, выискивая те формы, которые должны вскоре появиться.

– Да, да, дорогой, а мне, пожалуйста, сделайте хэй-бол. Терпеть не могу виски, – сказала она своему отражению и улыбнулась. – Нет, нет, Джинни! Вы слишком нетерпеливы… Прощайте!

Бэтти послала зеркалу воздушный поцелуй и подмигнула, оно ей порядком надоело. Шаркая туфлями, она подошла к приемнику и нажала на клавишу. По комнате разлилась музыка модного блюза «Искушение». Подпевая, будущая женщина сбросила с ног неудобный груз и начала кружиться по комнате, раскинув руки в разные стороны. Бэтти не сразу услышала звонок в дверь. Некоторое время она еще продолжала порхать, но настойчивое дребезжание звонка остановило ее. Девочка на мгновение замерла, а затем бросилась к двери и, не спросив «Кто?», распахнула ее.

В прихожую что-то ввалилось. Бэтти не успела даже испугаться, а только отскочила в сторону. Дверь захлопнулась под тяжестью массивной мужской фигуры.