На следующее утро Джесси явилась в офис учета городской недвижимости. Секретарша сказала, что Эдвард Селби показывает покупателям дома; она не знает, когда он пожалует в офис.

— Ничего страшного, — ответила Джесси. — Я подожду. — Она уселась в кресло и стала листать журналы с фотографиями домов, которых ей никогда не купить.

Селби явился в одиннадцать. Он слегка удивился, увидев девушку, но тут же включил профессиональную улыбку.

— Джесси, как мило! Чем могу помочь?

— Давай поговорим, — сказала она, откладывая журналы.

Они подошли к письменному столу Селби. Он по-прежнему был компаньоном фирмы, сдающей дома в аренду, поэтому делил кабинет с другим агентом, но сейчас она ушла по своим делам, и они остались вдвоем. Селби уселся в кресло и откинулся на спинку. Он был симпатичным мужчиной с курчавыми каштановыми волосами и белыми зубами. Глаза Эдварда внимательно смотрели на Джесси сквозь круглые очки.

— У тебя возникли проблемы? — спросил он.

Джесси подалась вперед.

— Человек-в-форме-груши, — сказала она.

Селби приподнял бровь.

— Понятно. Безобидный чудак.

— Ты уверен?

Он пожал плечами.

— Насколько мне известно, он сих пор никого не убил.

— А что тебе о нем известно? Для начала, как его зовут?

— Хороший вопрос — Эдвард улыбнулся. — Здесь мы называем его человек-в-форме-груши. Я никогда не слышал, чтобы его звали иначе.

— Проклятье! — взорвалась Джесси. — Неужели ты будешь утверждать, что на его чеках написано: ЧЕЛОВЕК-В-ФОРМЕ-ГРУШИ?

Ее собеседник откашлялся.

— Ну, нет, конечно. На самом деле он не пользуется чеками. Я захожу к нему первого числа каждого месяца, чтобы получить арендную плату, стучусь в дверь, и он платит наличными. Больше того, он всегда рассчитывается купюрами по одному доллару. Я стою, а он отсчитывает деньги мне в руку, доллар за долларом. Должен признаться, Джесси, я никогда не вхожу внутрь квартиры, да и желания у меня не возникает. Там такой странный запах, ты, наверное, знаешь? Но для нас он хороший съемщик. Всегда вовремя платит. Никогда не возражает, когда плата увеличивается. И не пытается всучить нам чеки, по которым банк отказывается платить. — Эдвард снова улыбнулся, показав белые зубы, чтобы подчеркнуть: он шутит.