Наверно, с минуту я не мог даже пошевельнуться, а только смотрел и смотрел. Из оцепенения меня вывели раздавшийся в наушниках стон Джека и взволнованный крик майора:

- Клэни, что там случилось? Мне ничего не видно!

- Макиверс провалился - вот что случилось! - рявкнул я в ответ.

Только тут я включил передачу и подъехал поближе к свежему краю провала. Передо мной зияла трещина. Машины в пей не было видно, все застилала пыль, еще вздымавшаяся внизу.

Мы все трое стояли на краю обрыва и пытались разглядеть, что там внизу. Сквозь щиток шлема я увидел лицо Джека Стоуна. Зрелище было не из приятных.

- Вот какие дела... - глухо сказал майор.

- Да, такие дела, - пробормотал я.

Я попинал, какими глазами смотрит на нас Стоун.

- Постойте, - вдруг сказал он. - Мне что-то послышалось.

Он был прав. И мы услышали крик - очень тихий, но его ни с чем нельзя было спутать.

- Мак! - крикнул майор. - Мак, ты меня слышишь?

- Да, да, слышу, - голос его был очень слабый.

- Ты цел?

- Не знаю. Кажется, сломал ногу. Очень... жарко... - Долгая пауза, потом: - Охладитель отказал, наверно...

Майор искоса взглянул на меня, затем, обернувшись к Стоуну, приказал:

- Достань трос со второй волокуши. Мак изжарится заживо, если мы не вытащим его. Питер, ты спусти меня вниз. Включи лебедку трактора.

Я спустил майора на тросе. Он пробыл там меньше минуты. Когда я вытянул его наверх, лицо его было искажено гримасой.

- Жив еще, - сказал он, тяжело дыша, - но долго не протянет...

Он заколебался, но только на одно мгновение, и продолжал:

- Мы обязаны попытаться.

- Мне не нравится этот свес над провалом, - сказал я, - он уже дважды покачнулся с тех пор, как я отошел. Может, лучше податься назад и оттуда спустить ему трос?