Тут весь зал невольно так уважительно засветился. А я еще про себя подумал: правду все-таки говорят, что чужая луна - в потемках... И вот мы уже битых три скрымза наблюдаем, как это человечество развивается. Не знаю, как кому, а мне эти человечки даже нравиться начали под конец. Забавные такие, крошечные. На нас чем-то похожие. Правда, не светят совсем. И протуберанцев у них почти нет. Так, штучки по три - по четыре, в лучшем случае. И бегают все туда-сюда, суетятся. В общем совсем они на нас непохожи. Это я, не подумав, сказал. Но все равно очень милые. По всему видно, фильм к концу идет. Гарден-о-о-з помолчал немножко, добавил чуть торжественности в свечение и говорит: - Вот мы с вами и проследили всю историю развития человечества, от возникновения примитивной органической жизни в океанах до изобретения спутникового телевидения. А сейчас нам придется стать свидетелями неизбежного заката человеческой расы.

3.

Но капитан Парсинг был не из тех, кто легко сдается. - Спокойно, сынок, - подбодрил он пилота. - Беру управление на себя. Пилот благодарно улыбнулся своими побледневшими губами и с трудом разжал левой рукой пальцы правой, мертвой хваткой вцепившиеся в рычаг переключения скоростей. Парсинг занял пилотское кресло, помощник капитана и пилот пристроились слева и справа от него. Все аккуратно пристегнулись ремнями безопасности: как показала практика, эта традиция оказалась полезной. - Начнем рассуждать логически, - предложил капитан. - Сам по себе космический корабль остановиться не может. В космосе он по инерции будет двигаться сколь угодно долго. Значит... - Нам это только кажется? - предположил пилот. - Всем троим - одно и то же? - с иронией спросил Парсинг, но, на всякий случай, перекрестился. - Нет, это значит, что на пути корабля находится какое-то препятствие. И несмотря на то, что мы его не видим, оно... - Нас видит? - наивно удивился пилот.