— У нас в селе, наверное, нет таких людей, которые вот так переходили бы реку, — сказал, дрожа от холода, Ашир. Теперь он жалел, что из-за своей нерасторопности не взял из дому пальто.

— Нет, почему же, есть! Вот например: много лет назад наш односельчанин — Галкан-ага был председателем колхоза. В те времена, кругом над населением, бесчинствовали басмачи. Они однажды решили убить Галкан-агу, провели много ночей без сна, много усилий затратили, чтобы поймать его. Наконец-то они схватили Галкан-агу, связали ему руки за спиной и посадили на лошадь. Когда басмачи подошли к берегу реки, Галкан-ага, соскочив с коня, бросается в реку, а там водоворот. На поверхность воды всплывает папаха. Басмачи, постреляв в его шапку, уходят. Когда Галкан-ага всплывает на значительном расстоянии от водоворота, то видит, как басмачи сражаются с его шапкой. Галкан-ага снова ныряет, удаляясь от басмачей, а потом находит мелкие места реки и выходит на другой берег!...

Ученики настолько внимательно слушали рассказ Чоган-аги, что даже не заметили, как приехали к острову.

Ловко опустив в воду трехзубчатый якорь катера, они вышли погреться и подкрепиться.

Весь остров густо зарос камышами, дикими тростниками и рогозой узколистной. Выбрав удобное место для отдыха, ребята начали собирать хворост. Хотя каждый из них принес понемногу, в итоге получилась огромная куча. Увидев, что Чоган-ага разжег костер, ученики стали располагаться вокруг огня. Разгораясь желтыми языками пламени, огонь заставил прижавшихся друг к другу детей отойти в сторону. Теперь каждый, выставляя руки вперед, от сильного жара отворачивал лицо в сторону. Когда костер догорел и остались одни угольки тлеющего хвороста, на них поставили три больших чайника и прислонили к ним хлеб. У всех, стоявших вокруг, потекли слюнки от запаха чуть подгоревшего хлеба.

Ашир сидел на белых стволах камышинок и ел с аппетитом хлеб, сдувая золу и иногда прихлебывая из кружки дымящийся ароматный чай.