Тем временем задумчивая принцесса обернулась и…

— Приве-е-ет! — Я оглянуться не успел, а принцесса, мигом преобразившись в Ларика, уже повисла у меня на шее. — Ты уже здесь! Ой, как я рада тебя видеть… Ой, какой же ты молодец, что приехал!

— Ну, здравствуй, Обезьяна…

Когда мы виделись в последний раз, Лариса была студенткой техникума, тощей, угловатой, состоящей из одних лишь локтей и коленок. Еще у нее вечно была какая-то несуразная прическа, она не знала, что делать с волосами. Еще она не умела одеваться, и всякая тряпка висела на ней, как на вешалке. Еще она всегда была не в духе. Еще я с детства дразнил ее Обезьяной из-за слегка оттопыренной нижней губы… Два года — и принцесса! Прическа, блузка, джинсы… Здесь было от чего обалдеть. Я и обалдел. Потом Ларка чмокнула меня в щеку — это было похоже на удар молнии. Или когда в «трамплин» вступишь — тоже напоминает. По-моему, сестра сама растерялась…

Я осторожно взял ее за плечи, окинул взглядом — ни малейшего намека на острые локти и коленки, на которые я привык натыкаться…

— Ларик… Эх, святые мутанты, как ты выросла!

— А я смотрю, смотрю, тебя нигде нет… — Она шмыгнула носом, и тут только я ее узнал по-настоящему. Это была моя сестра, Ларик, Обезьяна и все прочее — то самое существо, с которым мы на пару облазили окрестные сады, чердаки и подвалы, с которым мирились и ссорились по пять раз в день… и несколько раз тайком курили в лопухах за покосившимся забором… Точно, это Ларик…

— Слепой, не хочешь меня представить родственнице?