Не смирились только двое – сам Алексей и Май. Верный пес, уже основательно постаревший – двенадцать лет для собаки возраст внушительный, – все эти три года не играл, не бегал, не прыгал. Он часами лежал у входной двери, ожидая возвращения любимых хозяек. А когда летом Левандовские вывозили его на дачу, пес все дни простаивал у ворот, глядя на дорогу.

Почему Левандовские? Потому что Май не простил предательства. Как пес смог понять, что произошло, Алексей не знал. Но три года назад, когда он приехал на дачу к Левандовским, где Май находился на время отсутствия хозяев, пес не бросился к нему, как раньше, не зализал, трясясь от счастья встречи.

Подъезжая к даче друзей, Алексей издалека увидел замерший у ворот гигантский собачий силуэт. Опустив голову, Май исподлобья смотрел на приближавшуюся машину, не двигаясь с места.

– И вот так все время с момента исчезновения девочек, – тяжело вздохнул Артур, сын генерала и друг Алексея. – Инга и так ревет без конца, а как увидит Мая – вообще в рыданиях заходится. Мы ее с дачи увезли, сил нет смотреть.

– Милый Кузнечик, – грустно улыбнулся Алексей. – Бедная малышка, она так любит моих!

– Ага, малышка, – усмехнулся Артур. – Ты когда ее последний раз видел?

– Почти год назад, а что?

– Да ничего. Забыл, что малышка в этом году школу заканчивает? Это теперь не Кузнечик, а семнадцатилетний мотылек. Вернее, шершень, кусается – будь здоров. Тебе, кстати, в ближайшее время лучше с ней не встречаться, пусть Инга успокоится немного.

– Да я все понимаю, – тяжело вздохнул Алексей. – Но ничего, я скоро найду Аннушку и Никуську, тогда мы с Кузнечиком, вернее – Шершнем, и помиримся.

– Ну да, конечно, – поспешно закивал Артур, отводя взгляд, – обязательно найдешь. Май, посмотри, кто приехал!

– Здравствуй, псякище, – Алексей выбрался из машины и почти бегом направился к волкодаву. – Ну, как ты тут без меня? Соскучился?