"Крысы" были взрослые - лет по восемнадцать-двадцать. Привычно развязные и наглые - они другими и не бывают, поскольку эти качества воспринимаются ими как высшие достоинства и всячески культивируются. Резинобетон парковой дорожки светился ровным сиреневым светом. Стоящая на земле "шарманка с сюрпризом" издавала дикую какофонию звуков - синтез шуршания пенопласта и звона разбиваемых стекол - и выплескивала вверх объемные меняющиеся изображения явно порнографического характера. Синтезарт - новое неприличное слово в искусстве...

Двоим "крысам" - парнишке и девчонке - все было до лампочки, они развалились на мягкой скамейке и жадно, самозабвенно лизались. Остальные пялились на видеоряд "шарманки", ржали, глушили "синьку" из пластмассовых банок - в общем, убивали часы своей никчемной жизни по собственному никчемному разумению.

Лика вела себя, как человек, свалившийся с Марса. Поздно вечером красивой девушке идти мимо подвыпивших "крыс" - все равно что мирно плескаться в бассейне, кишащем голодными аллигаторами. В принципе, может и пронести, но шансов нарваться на неприятности куда больше. Лика, огненноволосая, затянутая в узкое платье с высоким воротником, шла по дорожке гордо, как королева. И, конечно же, нарвалась.

"Эй, рыжая, к нам не хочешь?", "У Лехи... как эта банка, не подкачает", "Не криви рожу, макака драная, не то по ней и получишь". Огрызаться в подобных случаях не рекомендуется. Лика этого не знала. Бац, хрясь - получила. Не по роже, конечно, а по красивому лицу с огромными удивленными глазами.

Я отношусь к людям разумнее Лики, поэтому "крыс" решил обойти стороной загодя и за сценой наблюдал издалека... Эх, ничего не поделаешь!

- Эй, ребята, оставьте девчонку! - крикнул я, возникая на их горизонте.

- О, еще один к регенераторам просится! - прокудахтал толстячок, на вид явный педик.

- Да ладно, зачем вам все это? - Благостное настроение с меня еще не сошло. - Давайте мирно разойдемся, как космошлюпки в открытом космосе.