— Проклятие, — пробормотал Натаниель. Отойдя немного в сторону, Марко негромко сказал:

— Натаниель, взгляни на это!

Все подошли к нему. Марко что-то рассматривал на земле.

— Кто-то был здесь уже до нас, — сказала Тува, глядя на след, отпечатавшийся на снегу, а вернее, — под слоем снега.

— Кто-то — или что-то, — сказал Ян. — След такой неясный, что это может быть все, что угодно. Может быть, это вовсе и не след.

— Сле-е-д… — медленно произнес Натаниель, глядя, как Марко осторожно снимает слой снега на одном из отпечатков. — Эти отпечатки имеют определенное направление, так что это, конечно, след. Но кто это был, человек или животное… Думаю, никто из нас не может сказать наверняка.

— Во всяком случае, следы старые, — сказала Тува. — Они отпечатались еще до снегопада.

— Да, — ответил Марко. — И их так много. Я думаю, что… Мне кажется, что… что это не протоптанная тропинка и что здесь прошло не одно существо, а больше…

— Возможно, какое-то одно существо прошло здесь несколько раз, — предположил Натаниель.

— Да. Или несколько. Но главное — все они шли в одном и том же направлении.

Они одновременно взглянули наверх. Несмотря на то, что тропинка была почти незаметной, ни у кого не вызывало сомнений, что вела она к горному склону.

— Давайте немного пройдем по ней, — подавленно произнес Марко.

Сумерки сгущались. Но глаза идущих постепенно привыкали к темноте. Все дрожали от вечного холода, пустынная местность вызывала у них гнетущую тоску. Тува на ходу призналась Габриэлу, что боится что очень рада, что не одна, и он полностью с ней соглашался.

Они продолжали идти по следу. Иногда след пропадал, но потом они снова находили его. След вел к отвесной скале.

— След упирается прямо в стену! — изумленно произнесла Тува.

Все остановились.

— Да, Боже мой, так оно и есть, — сказал Натаниель.