На берегу, у разрушенной плотины - мальчик. Игрушечный совок неподалеку. И уже не ревут двигатели могучих "БЕЛАЗов". Все погибло...

Малыш не плакал. Он сидел на горячем песке, крепко сжав пальцы, и смотрел, как рушится его мир. "Мужчины не плачут...", - повторял он себе. "Мужчины не плачут".

- Осторожно, двери закрываются, - пробормотал над ухом приятный женский голос, и пассажир вздрогнул. Видение исчезло. Человек вспомнил, где находится. Он вспомнил, зачем здесь. Пассажир вскочил с мягкого кресла, сделал движение в сторону выхода, но двери уже закрылись. Состав с мягким шипением тронулся с места, набирая ход. Длинный перрон остался за спиной, и прошлое, привычный мир - все исчезло за окном. Мелькнул последний луч солнца. Поезд нырнул в темный туннель.

- Следующая станция: "Три дня до конца света", - мягко добавил голос. Наступила тишина. За окнами вагона царила тьма. Даже стены тоннеля не были видны. Пассажир прижался к окну, стараясь разглядеть хоть что-нибудь, но там была абсолютная темнота. Человек вздохнул, вытирая пот со лба.

"Какого черта? - мелькнула предательская мысль. - Какого черта... я сюда..."

Поезд продолжал движение по тоннелю. Сколько лет он возил пассажиров туда, за край? Человек не знал ответа на вопрос.

"Да теперь поздно его задавать". Он вернулся в кресло, сел, погружаясь в воспоминания... Поезд едва ощутимо вздрогнул на стыке...

...Длинный серпантин горной дороги. Почему именно так надо прокладывать дороги в горах?! Поворот за поворотом, все по краю пропасти, лишь маленькие столбики отмечают тонкую грань, разделяющую два мира: суетливый, земной, и тот, где уже никуда не надо торопиться.

А ведь он так спешил! Ему нужно было срочно попасть в город.