— К кому же еще?

— Вы забыли мое имя, уважаемый сэр, — мягко произнес я. — Меня зовут Леонардо.

— Тысяча извинений, — произнес он, передразнивая мои интонации и низко кланяясь. — Леонардо.

И тут же выпрямился.

— Пока мы тут проверяем, ты бы прогулялся за угол, к восточному входу. Если кто-то из этих двоих за тебя поручится, я передам, чтобы тебя впустили.

— Я горю желанием присоединиться к своим коллегам, уважаемый сэр, — сказал я. — Нельзя ли мне подождать прямо здесь?

Он покачал головой.

— Ты загораживаешь проход.

Я оглянулся. Поблизости никого не было.

— Ты можешь загородить проход, — пояснил он, когда я снова обернулся к нему.

Я понял, что каким-то образом опять его обидел, поэтому отбросил Просительный диалект.

— Долго это займет? — спросил я.

— Куда девался «уважаемый сэр»? — ответил он вопросом на вопрос.

— Это была явно неподходящая форма обращения, — объяснил я. — Я пытаюсь решить, какой диалект вас устроит.

— Молчаливый, — посоветовал он.

— Я не знаю бессловесных диалектов, — искренне ответил я. — Ответьте, пожалуйста, на мой вопрос.

— Какой вопрос?

— Сколько времени мне придется ждать?

— Откуда мне знать, черт возьми! — раздраженно воскликнул он. — Зависит от того, сколько там внутри Рейбернов или Чонгов.

И помолчав, добавил:

— Слушай, я просто выполняю мою работу. Ступай к восточному входу, как послушный мальчик или девочка, или кто ты там такое. Если тебе разрешат пройти, там тебя вызовут.

Я повернулся и спустился по лестнице. Я еще не привык к ботинкам, а пешеходная дорожка двигалась так быстро, что я боялся потерять равновесие. Поэтому я обошел огромный многогранник из стекла и титана по проезжей части. Обнаружив, что с восточной стороны вообще никого нет, я сразу замедлил шаг, чтобы полюбоваться керамической мозаикой, украшавшей металл на уровне человеческого роста. Наконец я добрался до простой двери без всяких обозначений, смещенной на одну десятую градуса от центра. Дверь оказалась запертой.