«Жить в вашем мире тоже опасно», сухо парировал голос.

Фолз промолчал.

«Хорошо, я дам тебе время подумать над моим предложением. И не надо медлить с ответом – тебе предстоит собрать четыре тысячи человек». Голос пропал.

Какое-то странное зеленоватое свечение мерцало в темноте. Фолз испуганно вскрикнул – его руки были объяты пламенем, но он совсем не чувствовал боли. Кисти рук были покрыты языками бледно-зеленого огня. Фолз осторожно поднес руки к лицу и почувствовал приятное тепло – колдовское пламя грело, но не обжигало. «Это, наверное, тот знак огня, о котором говорил Неизвестный», подумал Фолз. Он долго лежал в своей кровати в темноте, и смотрел на мерцающие блики неземного огня. Он смотрел, как пламя лижет ткань простыней и, помимо воли, удивлялся тому, что они не горят. Фолз долго не мог заснуть, его мучил один вопрос: во время двух «сеансов связи» он так ни разу не спросил у Неизвестного, почему тот выбрал именно его?…

На следующий день Фолз позвонил двум старым друзьям: Майклу Фапгеру и Ричарду Вейно и пригласил их к себе. Они служили и воевали вместе. Фапгер вышел в отставку двумя годами раньше Фолза, Вейно был наемником, месяц назад вернулся из Африки. Им, как и Адаму, уже порядочно стукнуло под сорок, они, как и Фолз, были сыты по горло бесконечными тайными и явными войнами, каждый из них терял друзей практически на всех континентах. Фапгер и Вейно воевали вместе с Адамом на протяжении десяти лет, потом судьба развела их в разные стороны, но они не теряли друг друга из виду, напоминая о себе телефонными звонками, редкими короткими письмами и еще более редкими встречами.

Когда машина Фапгера подъехала к дому, Фолз сидел в кресле на открытой веранде перед домом. Прохладный ветерок ранней осени шевелил увядающую траву и Фолз подумал, как все-таки погода на Земле похожа на погоду на той, далекой планете. Старый, потрепанный «додж» Фапгера с коричневыми пятнами грунтовки на капоте и передних крыльях прошуршал по гравию подъездной дорожки и остановился перед домом.