- Э, а денег за полдня? - пробовал было возмутиться Леха.

 - Хуй тебе ослиный, да, а не деньги.

 Экзекуция происходила прямо на остановке, у рынка. Людей вокруг было много, однако все они торопились втиснуться в маршрутки и троллейбусы. На Леху никто из них внимания не обращал.

 Впрочем, нет. Чуть поодаль стоял один дед в облезлом пальто и стоптанных ботинках. Седые волосы старика были всклокочены. И еще - взгляд у него был очень пристальный. Он словно пронзал Леху насквозь, проникал в самые потаенные глубины его души.

 На секунду Леха показался себе бабочкой, которую пришпиливает к гигантской и жуткой доске булавка энтомолога.

 ***

 По дороге домой Леха пытался убедить себя, что не расстроился. В конце концов, Лысогорск - город не маленький. Найдет он себе еще работу. И не такую дерьмовую, а получше. А то, что их этого гадского «Джим-Моррисона» погнали, так это даже и лучше. Только надо было самому уйти.

 Домой в такую рань не хотелось. В конце концов - что там? Батя вчера напился, сейчас пиво квасит, на всех орет. Матушка - тоже орет, ему в ответ. Еще младенец в другой комнате, где Зинка с мужем живет, заливается. Да и у сеструхи тоже - глотка луженая. И муж ее, Костя, тоже кричать ох, как может.

 Крик стоял в квартире постоянно. И среди ночи тоже. Начинал, как правило, младенец. Вскакивала Зинка, принималась его успокаивать. Но куда там… Леха не знал, какие положительные качества унаследовал от мамы с папой этот чудовищный ребенок, но доподлинно понимал, что способность к визгу у него явно проявляется неспроста.

 Затем принимался горланить Костя, сеструхин муж:

 - ЗАТКНИ ЭТО ЕБАНОЕ ОТРОДЬЕ, А ТО Я ЕМУ МОЗГИ ВЫШИБУ!!!

 - САМ ЗАТКНИСЬ, УПЫРИНА СРАНЫЙ, БУДЬ ПРОКЛЯТ ТОТ ДЕНЬ, КОГДА Я ВЫШЛА ЗА ТЕБЯ ЗАМУЖ!!! - отвечала Зинка.

 Затем в общий хор профундическим контрапунктом включался батя.

 - КОСТЯ, ЕБАНЫЙ ТЫ ПИДОР, ПОКА ТЫ ЖИВЕШЬ В МОЕЙ КВАРТИРЕ, С МОЕЙ ДОЧЕРЬЮ И ВНУКОМ ОБРАЩАЙСЯ ВЕЖЛИВО. ИНАЧЕ Я ТЕБЕ ТВОЮ ЖЕ ЗАЛУПУ В ТВОЕ ПОГАНОЕ ЕБАЛО ЗАСУНУ!!!