И усмехнулся Айгаслав, ворот оправил, значит, помнит; все помнит — то, чего ты никогда и никому не говорил и никогда не скажешь, ты в этом слово дал, поклялся. А после, как ты пожелал, так оно и случилось: Ярлград расстроился, народ разбогател, соседи поклонились вам. Ярл Айгаслав ел, пил на золоте, спал на лебяжьих перинах, смышленым, смелым рос — как настоящий ярл. Но, правда, иногда…

— А где это случилось? — спрашивал. — Где ты нашел меня?

А ты, глядя ему прямо в глаза, отвечал:

— Не помню. Да и зачем это тебе? Ты — Айгаслав, наследный ярл, отец твой — Ольдемар, а я… Кто я? Слуга, продавший тебе меч. Приказывай!

Но ярл молчал. И уходил. Ха! Сколько уже лет прошло с той встречи на реке! Из тех, кто был тогда на корабле, один только ты, Хальдер, в живых и остался. Да если бы даже кто из них, из твоих белобровых, теперь и был бы еще жив, то все равно никто ничего не стал бы рассказывать, ибо таким не делятся.

Они и не делились. Шло время. Много времени. И ярл смирился. Ярл вырос. Ярл пировал, охотился. Ярл принимал посольства, властвовал. Но при этом он внимательно слушал советы того, кого этот наглый посол теперь упрямо называет регентом… И вдруг он, Айга, говорит, что он все помнит! Но только разве сейчас важно это? Важно другое, да. Важно…

Вот именно. Ну, хорошо, он, Айга, не пойдет на них, на руммалийцев, а заключит с ними союз. А дальше что? Да как всегда! Вначале сюда явятся купцы и станут торговать… Нет, поначалу они будут просто раздавать товары, и здешний люд — а люд везде один и везде глуп! — а люд начнет рассуждать:

— Да, там, в Стране Высоких Городов, там жизнь! А здесь… Вот здесь бы тоже так бы, как у них!

И станут привечать этих купцов. Потом, вслед за купцами, явятся… как их?.. ну, эти, в черных балахонах, и примутся учить, что вера в Хрт и Макью, а также и в Винна — это вера в идолов, а идолы — это обман. И тоже будут раздавать подарки и сулить всяческие другие блага и радости. Народ и им поверит. А потом…