Думала Докия, что своды пещеры рухнут на ее оглашенную голову. Но было тихо... Валялись вокруг осколки темной глины, медленным зловонным паром дышала лужа черной смолы...

Бережно, ногой проверяя каждый камень, спустилась Докия с пьедестала. И пошла себе прочь. Только мельком поглядела: что-то хрупнуло под стопой. Это был осколок Чаши. Только старый, очень старый осколок, глина крошилась. Наклонилась Докия, подняла потрескавшийся черепок. Вот оно что... Был, значит, человек, который давно когда-то разбил уже Чашу? Откуда же взялась другая?

Что же это - есть люди, которые бьют Черные Чаши, а есть люди, которые замешивают на слезах и крови вязкую глину терпения и снова лепят их? А терпение бесконечно, а глины хватит, а крови и слез в избытке...