— И я тоже.

— Пораскинь мозгами, Кэти. Я полагаю, эти места были заселены давно. Во всяком случае, наши предки поселились здесь около трех столетий тому назад. Мы с тобой — более-менее цивилизованные люди. И это хорошо, — он разжал кулаки и откинулся в кресле.

— Ты полагаешь, это действительно хорошо? — мягким тоном спросила Кэти. Красные огни над баром — электростанция все еще давала ток — бросили отсветы на ее прекрасные светлые коротко подстриженные, как и у мужчины, волосы, когда она сделала шаг в его сторону. Мужчина взглянул на нее, и на мгновение зажмурился от их красноватого блеска.

— Я знаю только, что мы оба — продукты нашей цивилизации, Кэти. Хорошей или нет — не мне судить. Да и кому теперь это интересно? Иди-ка в постель, девочка! Уже давно за полночь, и, сдается мне, мы пообещали друг другу, что не будем никогда больше обсуждать это.

— Извини, — кивнула девушка. Она встала, сощурившись.

— Джефф, давай завтра поглядим, может, где нибудь еще есть целые лампочки? А то эти красные штуковины сведут меня с ума!

Он рассмеялся.

— Это все равно, что найти иголку в стоге сена. «Яркие огни Нью-Йорка» — а я должен искать хоть одну целую лампочку! Ладно, Кэти, я отыщу тебе ее, даже если сам буду вынужден превратиться в светящийся столб.

— Доброй ночи, Джефф.

— Доброй ночи, Кэти.

Мужчина сидел, не двигаясь, до тех пор, пока не услышал, как защелкнулся изнутри дверной замок. Зажглась табличка — когда-то здесь был знаменитый ночной клуб — сообщавшая: «Извините, свободных мест нет.» Джефф вытащил из кармана какую-то вещицу и начал ее разглядывать. Это был ключ, ключ, подходивший к ЭТОМУ замку.

Он открыл дверь и вышел на улицу. Тротуары были загромождены кузовами машин, частью разбитых, почти все фонарные столбы валялись на мостовой, но кое-где лампы будут гореть до тех пор, пока электростанция будет давать ток. Фонарь на углу разлил световую лужу на груду разбитого бетона и кирпичной кладки.