С тех пор вэйта прихрамывала на левую ногу. Вначале казалось, рана быстро заживёт, но с трупным ядом, скопившимся под когтями леопарда, не смогла справиться даже регенерация вэйтаров.

«Шансы ещё есть,» – подумала Ри. – «Пояс Богини спасёт меня. Должен спасти. Обязательно. Я слишком многое перенесла, боги не могут убить меня сейчас, в самом конце…»

Она уже давно не верила в богов. Но так можно было не думать о боли, забыться хоть на мгновение. Отравить правду сладким ядом лжи.

Ри закрыла глаза и прижалась затылком к стволу дерева. Так плохо ей ещё не было. Наверно, яд растекается по организму, или начинают сказываться истощение и голод… А тут ещё эти удары, прямо по голове, боги, не надо…

«Удары…» – вэйта с огромным трудом пришла в себя. Удары?.. Нет, шаги!

«Шаги!» – Ри вздрогнула. Жажда жизни, так и не покинувшая юную вэйту, заставила её вскочить, прижаться к коре всем телом и тихо, беззвучно подползти к отверстию дупла. Даже боль в ноге, казалось, слегка отпустила.

«Человек…» Шаги приближались. Ящерка покрепче стиснула самострел.

«Лишь бы их не было много!»

Ядовитые стрелки давно закончились, но вэйта нашла растение с колючками почти той же длины и научилась отравлять их, протыкая красных древесных лягушек. Конечно, летели шипы недалеко и против лат были бессильны, однако яд оказался действительно страшен. Ри никогда не думала, сколь чудовищна бывает смерть.

Яд древесной лягушки заставлял все мускулы жертвы мгновенно сократиться. Тот леопард, что имел несчастье напасть на Ри, умирал около минуты и кричал, кричал, кричал под треск собственных костей. Юная вэйта никогда не слышала такого крика. Даже сейчас, спустя полтора месяца, её пробирала дрожь при воспоминании.