- И что же за бог у тебя? - не унимался проповедник, - О нём есть хоть какое-то сказание, а? А об Иегове гласит Книга Всех Книг, глашатаем которой мы и являемся!

- «И был изначально Эру, которого в Арде называли Илуватаром, и сотворил он Айнуров, Первых святых, и приказал он им петь, и пели Они, и в песнях Своих постигали совершенство Своё! И из песни Их родилась Земля…» - Тим с удовольствием посмотрел на вытянувшуюся физиономию проповедника и вышел на остановке, оставив того в вагоне с застывшим недоумением на лице.

«Хорошо, что этот лох Толкина не читал и про «Силмариллион» не слыхивал!» - мысленно улыбнулся Тим и поспешил к выходу.

Стоя на эскалаторе, представил себе Тим совсем уже дикую, апокалипсическую картину - диспут, в котором участвуют все мыслимые и немыслимые проповедники Земли - иеговисты, кришнаиты, «обычные» христиане, монахи дзен, священники из храмов Хранителей… ещё какие-нибудь поклонники Мурмыз-Мады из племени мумбо-юмбо. Споры о создании мира, о том, что именно пробудило к жизни Пустоту Миров, попытки назвать словами то, для чего и слов-то никогда не подберёшь… Тим словно на мгновение оказался в этом огромном зале, заполненном странными людьми в рясах, тогах, халатах, набедренных повязках и строгих чёрных костюмах с широкополыми шляпами. Даже джинсы мелькали тут и там. Стояла в этом зале непрекращающаяся какофония слов, каждый доказывал своему собеседнику что-то своё, а тот его не слушал, говоря сам как можно громче, как можно заумнее, будто бы пытаясь убедить в произносимом прежде всего себя. И невозможно уже было разобрать ни одного слова - шум бил в уши, как прибой, только не было в нём свежести морских просторов… Тим попытался посмотреть поверх голов, и, хотя в обычной толпе взрослых это было невозможно, тут он с лёгкостью увидел, как у стены зала на высоком помосте сидит Некто в короне, окружённый облаком тьмы, и злорадно усмехается, глядя на беснующиеся толпы.