Игорь почувствовал, что больше не в силах сдержаться.
– Юности свойственно увлечение… – произнес он дрожащим голосом. – Но старости – бессилие. И если вы боитесь пройти вблизи Новой потому, что это вам уже не под силу, то к чему же…
Старик поднялся. Он резко вытянул руку, заставляя Игоря умолкнуть.
– Если бы потребовалось, – сказал он очень спокойным голосом, – я прошел бы даже сквозь Новую, не только вблизи нее. Но пока не вижу оснований изменять курс. Вот все.
– Нет, не все! – крикнул Игорь. – Вы боитесь! И, кроме того…
Но последние слова Старик предпочел не услышать. Это он умел. Он повернулся и вышел, резко захлопнув за собой дверь.
7
Старик сидел в обычной позе, упершись взглядом в экран, лицо его не выражало ничего, кроме готовности ждать. Терпение – вот чем он обладал в изобилии, вот что осталось ему от прошлого. Сидит. Смотрит. Месяцами. Годами… И это о нем рассказывают легенды!
Старик обернулся на звук шагов. Брови его выразили изумление: наверное, он ухитрился уже забыть, что на корабле их двое. Эта мысль все еще оставалась для него новой. Или просто не ждал Игоря так скоро?
– Капитан!
– Я вас слушаю.
– Вы говорите: жизнь в пространстве – абсурд. А ваши журавли?
Старик помедлил.
– Вы же говорили, что ничего не знаете.
– Я и не знаю. Но кое-что слышал. Разве ваши журавли – это не жизнь?
Старик покачал головой.
– Всего лишь явление природы.
– Почему же они – журавли? – Игорь не хотел сдаваться.
– Это долгая история. И давняя. Но к земным птицам они не имеют отношения. К тем самым, на которых вы, по-видимому, еще не так давно смотрели не в одиночестве…
Игорь невольно вздохнул.
– Да, – пробормотал Старик, – журавли обычно вспоминаются в таких случаях. Простая ассоциация. Улетают, уносят… Когда они прилетают, они не столь заметны.
– А ваши – тоже улетели?
– И унесли. Я же говорил: старые друзья уходят. И мало того: они еще оставляют нерешенные задачи. Это в лучшем случае. А то еще они выдвигают проблемы, уходя.